Вододефицит в Центральной Азии может сократить ВВП на 11%

Дефицит воды становится общей экономической угрозой для Казахстана и других стран Центральной Азии. Исследование ООН допускает сокращение объёма воды в бассейнах Сырдарьи и Амударьи на 15%, падение регионального ВВП на 11% и ежегодные потери до $2 млрд.

Дефицит воды объединил повестку стран Центральной Азии

Летом 2026 года вододефицит вышел в число ключевых региональных вопросов для Казахстана и соседних государств. Доступный речной сток уменьшается, спрос на воду растёт, а ледники тают быстрее, чем успевают восстанавливаться.

В центре внимания находятся бассейны Сырдарьи и Амударьи, от которых зависят сельское хозяйство, городское водоснабжение и энергетика Центральной Азии. Согласно исследованию ООН, в ближайшие годы объём воды в этих основных речных бассейнах может сократиться на 15%.

Такое снижение затрагивает сразу несколько национальных экономик, поэтому водная повестка требует согласованных решений на региональном уровне. При дефиците воды совокупный валовой внутренний продукт Центральной Азии может уменьшиться на 11%, а ежегодные экономические потери способны достигнуть $2 млрд. Эти оценки показывают, почему летом 2026 года вопрос перестал восприниматься как отдельная проблема одной страны.

О чём предупреждают эксперты по водной ситуации в регионе

Ведущие эксперты, к которым агентство Kazinform обратилось за оценкой положения в Центральной Азии, главным фактором усиления нехватки воды называют глобальное потепление. Дополнительную нагрузку на водное хозяйство создают растущая численность населения и развитие промышленности. Одновременно увеличивается потребление, а положение отдельных государств зависит от трансграничных рек.

По экспертным оценкам, к 2040 году потребность в водных ресурсах в некоторых странах региона может вырасти в 3 раза. Такой масштаб означает, что вопрос уже нельзя сводить только к сезонным трудностям или отдельным засушливым территориям. Ограниченность доступной воды способна отрицательно сказаться на экономическом развитии стран Центральной Азии, поскольку рост населения и промышленного водопользования усиливает конкуренцию за один ресурс.

Для Казахстана эта оценка ставит практический вопрос о сокращении расхода воды. Эксперты рассматривают возможные пути решения на фоне изменения климата и увеличения потребления, однако предупреждение уже сформулировано предельно конкретно. Без изменений в водопользовании отдельные страны региона могут столкнуться с трехкратным ростом потребности менее чем за 15 лет.

Международное исследование оценит водную безопасность

Международный университет науки и бизнеса Кыргызстана запускает исследование водной безопасности Центральной Азии, сообщает 24.kg. Работа должна охватить климатические, экономические и экологические сценарии для региона, включая Казахстан.

Масштаб возможных последствий обозначил директор Международного института Центральной Азии Жавлон Вахабов. «Со временем экономические потери могут достигнуть 11% валового внутреннего продукта региона», — говорит он. За последние 100 лет изменение климата составило +1,5 °C, поэтому исследователям предстоит сопоставить природные риски с их влиянием на экономику.

Отдельным предметом анализа станет идея переброски части стока сибирских рек в вододефицитные районы. Проект обсуждался ещё в советское время, но остался гипотезой из-за сложности реализации, огромных затрат и возможных экологических последствий. В сравнении с обычными мерами водосбережения такая схема требует оценки сразу по нескольким направлениям. Эксперты относят к ним экологическую устойчивость, экономическую целесообразность и международное водное сотрудничество.

Почему трансграничные реки становятся источником риска

Распределение стока трансграничных рек Центральной Азии требует согласованных решений между странами, особенно в поливной сезон. Риск возрастает при одновременном действии четырёх факторов — климатических изменений, потерь воды в каналах, потребностей ирригации и необходимости наполнять водохранилища. Для Казахстана это означает зависимость водоснабжения не только от природных условий, но и от режима использования общих рек соседними государствами.

Оценить масштаб угрозы по имеющемуся брифу невозможно. В нём отсутствуют три группы сведений гидрометеорологических служб — данные о притоке воды, количестве осадков и запасах в водохранилищах. Без этих показателей нельзя сопоставить доступный сток с потребностями ирригации и определить, насколько напряжённым окажется поливной сезон.

Политическая неопределённость дополняет гидрологическую. В материалах не приведены заявления властей Казахстана и соседних стран о распределении трансграничного стока. Поэтому обозначенные риски подтверждают актуальность водной повестки, но не позволяют установить, какие именно реки или водохранилища окажутся наиболее уязвимыми.

Какие меры по экономии воды обсуждают Казахстан и соседи

Казахстан при поддержке международных партнёров развивает сразу четыре направления. Это модернизация водного сектора, цифровизация управления ресурсами, обновление ирригации и повышение климатической устойчивости. Отдельный приоритет — водосбережение, включая сокращение потерь в каналах.

Цифровое управление должно связать учёт воды с её распределением, а модернизация ирригации — сократить непроизводительные потери. Однако результат таких проектов зависит не только от оборудования и инфраструктуры. Экономия внутри одной страны не решает вопрос использования водных ресурсов на всём протяжении водной системы.

Поэтому Казахстану и соседним государствам нужны межгосударственные соглашения, которые закрепят согласованные подходы к водопользованию. Крупные инфраструктурные проекты также требуют экологической оценки, поскольку их последствия могут затронуть несколько стран Центральной Азии.

Прогноз будет зависеть от того, удастся ли объединить национальные программы и договорённости между государствами. При одновременном продвижении всех четырёх направлений меры дадут долгосрочный эффект. Без согласованных правил цифровизация и обновление каналов останутся преимущественно внутренними решениями Казахстана.